Э.Б.Кузьмина. Приглашение к игре




"Без игры слов и Диккенс не Диккенс", - писала в своей книге "Слово живое и мертвое" переводчица Нора Галь.
И в самом деле. Когда мистера Пиквика из бесчисленных передряг выручает его слуга Сэм Уэллер (Weller) - по мнению иных критиков, именно этот образ принеc славу роману Диккенса, - английский читатель каждый раз видит и слышит в его фамилии: это тот, кто все делает (и говорит!) well - хорошо, отлично, с блеском. А что русский читатель? Да ничего! Так, может, и ему намекнуть, в чем соль?
А если вспомнить, как предстает перед нами этот бойкий слуга - усердно драит длинный ряд сапог в гостинице, - то так и просится: мистер Блеск. Или - Мастак? Смело? Непривычно?
Да, Диккенс и его "Пиквик" уже полтора века как переселились на русскую почву, а такой попытки сделано не было. С горечью писала Нора Галь в той же книге: "Диккенс был доступен нашим читателям только в буквалистском переводе... И кто знает, когда теперь будут переведены заново "Оливер Твист", "Домби и сын", "Дэвид Копперфилд", "Записки Пиквикского клуба"..." "Мертвящую точность" буквалистов А.В.Кривцовой, Е.Ланна Нора Галь противопоставляет творческому методу мастеров школы Кашкина, попыткам найти равноценную замену (см. в ее книге главку "Мадам де Займи и другие"). Рассказывает о блестящей игре на именах в переводе современного "Закона Паркинсона": мистеры Макпромах и Макхап, Ваш де Наш и Сгрызли... Вывод Норы Галь: "без этих веселых колючих искр "Закон Паркинсона" изрядно бы померк". Ведь и всегда "необходимо искать какие-то замены, чтобы не тускнели краски автора и ничего не терял читатель. Что-то выйдет удачно, что-то похуже. Одно плохо всегда - обычное оправдание, сноска: "непереводимая игра слов". Отступать без боя стыдно".
Порой без объяснения просто непонятны целые сцены, эпизоды. В трех случаях, когда совсем уж невозможно было обойти эту игру, буквалисты Кривцова и Ланн вынуждены дать сноску. Вот очередной герой, представляясь мистеру Пиквику, игриво замечает: "Магнус моя фамилия. Неплохая фамилия, не правда ли, сэр?" Сноска: "Магнус по-латыни значит большой, великий, могущественный". Но не всякий читатель обратит внимание на сноску, не забудет про нее к следующей странице. Читательская улыбка не будет сопровождать этого героя неотлучно. А если рискнуть: мистер Могуч? мистер Грандиоз?
Едко описанная Диккенсом комедия выборов, бесстыдная покупка голосов проиходит в городке с вымышленным названием Итенсвилл. И целую страницу посвящает Диккенс этому названию, которого нет на карте Англии. Что оно говорит русскому читателю? Ровным счетом ничего. А ведь Диккенс "вымышлял" это название не зря. Вновь переводчики скупо роняют в сноске: "Название Итенсвилл можно перевести как "Ешь и пей"". Сноску раз прочли и забыли. Меж тем английскому читателю это название подмигивает каждый раз, врезаясь в комедию выборов, на протяжении двадцати страниц. А если опять же рискнуть - городок Пейдажри (почти как Ковентри)? Грубовато? Но и английское swill - значит не просто "пить": напиваться, накачиваться сверх меры, да еще и пойло для свиней. Вот и вышло бы как раз по формуле Норы Галь: "звучит по-английски, осмысляется по-русски".
А сколько диккенсовых блесток теряется без всяких сносок! Вот церемониймейстер на балу называет Пиквику очередного гостя: "Молодой лорд Мютенхед. - Что вы говорите? - откликнулся мистер Пиквик. - Да. Сейчас вы услышите его голос, мистер Пиквик. Он заговорит со мной". На что так удивленно откликнулся мистер Пиквик и как понять странный ответ собеседника? Все станет ясно, если сообразить, что англичанину-то слышится в фамилии лорда слово "немой" (mute). Мог бы и по-русски быть молодой лорд - ну, хоть Вовсенем (почти как Букингем)!
А если проверить по словарю все фамилии героев? Поразительно: почти каждая, как то самое ружье, "стреляет"! Иной персонаж и появляется-то на полстраницы - вся его характеристика заключена в имени! Мельком упоминается спор между некими Дамплингом и Бентамом: для нас - пустой звук. А для англичанина - спорят Коротышка и Недомерок: битва лилипутов, война мышей с лягушками. И по-русски бы - мистер Гном и мистер Карлик, или даже - мистер Шилли и мистер Мылли!
А иногда весь эпизод - обыгрывание фамилии, о чем русский читатель и не подозревает. Вот к мелкому клерку почему-то всю сцену придираются: "Над чем вы смеетесь?.. Смеяться вам нечему". А дело-то в том, что фамилия у клерка Джинкс - буквально "выходки, шутки". Не следует ли ему в русском переводе оказаться Шуткинсом или мистером Смейси?
И так далее, и тому подобное. Перезрелая старая дева в желтых папильотках мисс Уизерфилд (wither - увядший, иссохший, морщинистый) - ну хотя бы мисс Поблекли или мисс Усохли. Полицейский с распухшим носом и хриплым голосом - Ворчалл (Grummer). И что скажут после скандала уважаемые соседи - Ветчинсон (Porkenham), Трескли (Griggs) и Треплингтаун (Slummintowken)? Молодой Диккенс озорничает, резвится, острит, брызжет юмором на каждом шагу. А в переводе до нас донесли только три унылых сноски! Сколько пропало для читателя!
Не везде, конечно, просто найти решение. Вот хозяйка салона, которая охотится за местными и заезжими знаменитостями, - недаром зовется она Лио Хантер (Leo Hunter). "Говорящие" тут оба слова, вместе из них получается что-то вроде "охотницы на львов", - как это сохранить в переводе? Можно бы наградить ее фамилией Львалови, Ловилев, - но где тогда взять имя? А может быть, русское "Лови" достаточно похоже по звучанию на английское имя, они часто бывают с "и" на конце, - тогда осталось только подобрать фамилию: миссис Лови Гостей?
Да, конечно, тут нужен новый Ильф, который точно так же, как Диккенс, коллекционировал и заносил в свою записную книжку забавные фамилии. Или - взяться всем миром: литературоведы и юмористы, и те, кто сейчас блистает на олимпиадах и викторинах, умники и умницы...
И напоследок - невозможно, казалось бы, покуситься на имя главного героя. Однако сам Диккенс при знакомстве главного героя с иностранцем это имя обыгрывает: Pig Vig, Big Vig, Peek Weeks... Как обыграть по-русски? Пик-квак? А может, пик-ник? Не впору ли этот вариант мистеру Пиквику - ведь это человек-праздник, с ним повсюду миролюбие и благодушие. А можно ведь и на первый слог поставить ударение: "Человек пикнического типа, - подсказывает словарь. - От гречечского pyknos - плотный. Тучный, с коренастой фигурой и большим животом". Помилуйте, да это же и есть наш давний знакомец собственной персоной! Взгляните на любую классическую иллюстрацию к "Запискам Пиквикского клуба". Может, когда-нибудь и отправится в путешествие к русскому читателю, слегка принарядившись на новый лад, толстый и добродушный мистер Пикник?
Э.Б.Кузьмина. Приглашение к игре